Поспела
в лесу земляника. Взял папа кружку, взяла мама чашку, девочка Женя взяла
кувшинчик, а маленькому Павлику дали блюдечко. Пошли они в лес и стали собирать
ягоду: кто раньше наберёт. Выбрала мама Жене полянку получше и говорит:

—
Вот тебе, дочка, отличное местечко. Здесь очень много земляники. Ходи, собирай.

Женя
вытерла кувшинчик лопухом и стала ходить. Ходила-ходила, смотрела-смотрела,
ничего не нашла и вернулась с пустым кувшинчиком. Видит — у всех земляника. У
папы четверть кружки. У мамы полчашки. А у маленького Павлика на блюдечке две
ягоды.

—
Мама, а мама, почему у всех у вас есть, а у меня ничего нету? Ты мне, наверное,
выбрала самую плохую полянку.

—
А ты хорошенько искала?

—
Хорошенько. Там ни одной ягоды, одни только листики.

—
А под листики ты заглядывала?

—
Не заглядывала.

—
Вот видишь! Надо заглядывать.

—
А почему Павлик не заглядывает?

—
Павлик маленький. Он сам ростом с землянику, ему и заглядывать не надо, а ты
уже девочка довольно высокая.

А
папа говорит:

—
Ягодки — они хитрые. Они всегда от людей прячутся. Их нужно уметь доставать.
Гляди, как я делаю.

Тут
папа присел, нагнулся к самой земле, заглянул под листики и стал искать ягодку
за ягодкой, приговаривая:

—
Одну ягодку беру, на другую смотрю, третью примечаю, а четвёртая мерещится.

—
Хорошо, — сказала Женя. — Спасибо, папочка. Буду так делать.

Пошла
Женя на свою полянку, присела на корточки, нагнулась к самой земле и заглянула
под листики. А под листиками ягод видимо-невидимо. Глаза разбегаются. Стала
Женя рвать ягоды и в кувшинчик бросать. Рвёт и приговаривает:

—
Одну ягодку беру, на другую смотрю, третью примечаю, а четвёртая мерещится.

Однако
скоро Жене надоело сидеть на корточках.

—
Хватит с меня, — думает. — Я уж и так, наверное, много набрала.

Встала
Женя на ноги и заглянула в кувшинчик. А там всего четыре ягоды. Совсем мало!
Опять надо на корточки садиться. Ничего не поделаешь.

Села
Женя опять на корточки, стала рвать ягоды, приговаривать:

—
Одну ягодку беру, на другую смотрю, третью примечаю, а четвёртая мерещится.

Заглянула
Женя в кувшинчик, а там всего-навсего восемь ягодок — даже дно ещё не закрыто.

— Ну, — думает, — так собирать мне совсем не нравится. Всё время нагибайся и нагибайся. Пока наберёшь кувшинчик, чего доброго, и устать можно. Лучше я пойду, поищу себе другую поляну. Пошла Женя по лесу искать такую полянку, где земляника не прячется под листиками, а сама на глаза лезет и в кувшинчик просится. Ходила-ходила,
полянки такой не нашла, устала и села на пенёк отдыхать. Сидит, от нечего
делать ягоды из кувшинчика вынимает и в рот кладёт. Съела все восемь ягод,
заглянула в пустой кувшинчик и думает:

—
Что же теперь делать? Хоть бы мне кто-нибудь помог!

Только
она это подумала, как мох зашевелился, мурава раздвинулась, и из-под пенька
вылез небольшой крепкий старичок: пальто белое, борода сизая, шляпа бархатная и
поперёк шляпы сухая травинка.

—
Здравствуй, девочка, — говорит.

—
Здравствуй, дяденька.

—
Я не дяденька, а дедушка. Аль не узнала? Я старик боровик, коренной лесовик,
главный начальник над всеми грибами и ягодами. О чём вздыхаешь? Кто тебя
обидел?

—
Обидели меня, дедушка, ягоды.

—
Не знаю. Они у меня смирные. Как же они тебя обидели?

— Не хотят на глаза показываться, под листики прячутся. Сверху ничего не видно. Нагибайся да нагибайся. Пока наберёшь полный кувшинчик, чего доброго, и устать можно. Погладил старик боровик, коренной лесовик свою сизую бороду, усмехнулся в усы и говорит:

—
Сущие пустяки! У меня для этого есть специальная дудочка. Как только она
заиграет, так сейчас же все ягоды из-под листиков и покажутся.

Вынул
старик боровик, коренной лесовик из кармана дудочку и говорит:

—
Играй, дудочка.

Дудочка
сама собой заиграла, и, как только она заиграла, отовсюду из-под листиков
выглянули ягоды.

—
Перестань, дудочка.

Дудочка
перестала, и ягодки спрятались.

Обрадовалась
Женя:

—
Дедушка, дедушка, подари мне эту дудочку!

—
Подарить не могу. А давай меняться: я тебе дам дудочку, а ты мне кувшинчик — он
мне очень понравился.

—
Хорошо. С большим удовольствием.

Отдала
Женя старику боровику, коренному лесовику кувшинчик, взяла у него дудочку и
поскорей побежала на свою полянку. Прибежала, стала посередине, говорит:

—
Играй, дудочка.

Дудочка заиграла, и в тот же миг все листики на поляне зашевелились, стали поворачиваться, как будто бы на них подул ветер. Сначала из-под листиков выглянули самые молодые любопытные ягодки, ещё совсем зелёные. За ними высунули головки ягоды постарше — одна щёчка розовая, другая белая. Потом выглянули ягоды вполне зрелые — крупные и красные. И наконец, с самого низу показались ягоды-старики, почти чёрные, мокрые, душистые, покрытые жёлтыми семечками.

И
скоро вся полянка вокруг Жени оказалась усыпанной ягодами, которые ярко
сквозили на солнце и тянулись к дудочке.

—
Играй, дудочка, играй! — закричала Женя. — Играй быстрей!

Дудочка
заиграла быстрей, и ягод высыпало ещё больше — так много, что под ними совсем
не стало видно листиков.

Но
Женя не унималась:

—
Играй, дудочка, играй! Играй ещё быстрей.

Дудочка
заиграла ещё быстрей, и весь лес наполнился таким приятным проворным звоном,
точно это был не лес, а музыкальный ящик.

Пчёлы
перестали сталкивать бабочку с цветка; бабочка захлопнула крылья, как книгу,
птенцы малиновки выглянули из своего лёгкого гнезда, которое качалось в ветках
бузины, и в восхищении разинули жёлтые рты, грибы поднимались на цыпочки, чтобы
не пропустить ни одного звука, и даже старая лупоглазая стрекоза, известная
своим сварливым характером, остановилась в воздухе, до глубины души восхищённая
чудной музыкой.

—
Вот теперь-то я начну собирать!» — подумала Женя и уже было протянула руку
к самой большой и самой красной ягоде, как вдруг вспомнила, что обменяла
кувшинчик на дудочку и ей теперь некуда класть землянику.

—
У, глупая дудка! — сердито закричала девочка. — Мне ягоды некуда класть, а ты
разыгралась. Замолчи сейчас же!

Побежала
Женя назад к старику боровику, коренному лесовику и говорит:

—
Дедушка, а дедушка, отдай назад мой кувшинчик! Мне ягоды некуда собирать.

—
Хорошо, — отвечает старик боровик, коренной лесовик, — я тебе отдам твой
кувшинчик, только ты отдай назад мою дудочку.

Отдала
Женя старику боровику, коренному лесовику его дудочку, взяла свой кувшинчик и
поскорее побежала обратно на полянку.

Прибежала,
а там уже ни одной ягодки не видно — одни только листики. Вот несчастье!
Кувшинчик есть — дудочки не хватает. Как тут быть?

Подумала
Женя, подумала и решила опять идти к старику боровику, коренному лесовику за
дудочкой.

Приходит
и говорит:

—
Дедушка, а дедушка, дай мне опять дудочку!

—
Хорошо. Только ты дай мне опять кувшинчик.

—
Не дам. Мне самой кувшинчик нужен, чтобы ягоды в него класть.

—
Ну, так я тебе не дам дудочку.

Женя
взмолилась:

—
Дедушка, а дедушка, как же я буду собирать ягоды в свой кувшинчик, когда они
без твоей дудочки все под листиками сидят и на глаза не показываются? Мне
непременно нужно и кувшинчик, и дудочку.

—
Ишь ты, какая хитрая девочка! Подавай ей и дудочку, и кувшинчик! Обойдёшься и
без дудочки, одним кувшинчиком.

—
Не обойдусь, дедушка.

—
А как же другие-то люди обходятся?

—
Другие люди к самой земле пригибаются, под листики сбоку заглядывают, да и
берут ягоду за ягодой. Одну ягоду берут, на другую смотрят, третью примечают, а
четвёртая мерещится. Так собирать мне совсем не нравится. Нагибайся да
нагибайся. Пока наберёшь полный кувшинчик, чего доброго, и устать можно.

—
Ах, вот как! — сказал старик боровик, коренной лесовик и до того рассердился,
что борода у него вместо сизой стала чёрная-пречёрная. — Ах, вот как! Да ты,
оказывается, просто лентяйка! Забирай свой кувшинчик и уходи отсюда! Не будет
тебе никакой дудочки.

С этими словами старик боровик, коренной лесовик топнул ногой и провалился под пенёк. Женя
посмотрела на свой пустой кувшинчик, вспомнила, что её дожидаются папа, мама и
маленький Павлик, поскорей побежала на свою полянку, присела на корточки,
заглянула под листики и стала проворно брать ягоду за ягодой. Одну берёт, на
другую смотрит, третью примечает, а четвёртая мерещится…

Скоро
Женя набрала полный кувшинчик и вернулась к папе, маме и маленькому Павлику.

—
Вот умница, — сказал Жене папа, — полный кувшинчик принесла! Небось устала?

—
Ничего, папочка. Мне кувшинчик помогал. И пошли все домой — папа с полной
кружкой, мама с полной чашкой, Женя с полным кувшинчиком, а маленький Павлик с
полным блюдечком.