– Капает и капает, и – туман, – разве это погода?
– Нет, – сказал Кукуня, новый знакомец Ёжика и Медвежонка.
– А ты сам откуда? – спросил Ёжик.
– Я – здешний. Мама у меня куница, от неё – хитрость.
– А папа? – спросил Медвежонок.
– Папа – бобр. Всё плотины строил.
– Значит, ты – хитрый? – спросил Ёжик.
– Смышлёный, – сказал Кукуня. – Я – смышлёный, трудолюбивый, люблю поспать, поесть, поплотничать, повеселиться…
– И плавать любишь? – спросил Ёжик.
– И плавать.
– А кувыркаться?
– Нет, – сказал Кукуня. – Кувыркаться не люблю. У меня от этого голова болит.
Они сидели посреди туманного леса в беседке, которую построил Кукуня.
Накрапывал дождь, пахло землёй и листьями.
– А что ты ещё любить? – спросил Медвежонок.
– Черёмуху.
– А ещё?
Кукуня задумался. Он был небольшой зверёк с маленькой головой и мохнатыми лапами. Больше всего он походил на собаку таксу, если бы она надела пушистые валенки.
– А ты откуда пришёл? – спросил Ёжик.
– Из-за реки.
– А зачем построил вот эту?.. – Медвежонок не знал, как назвать беседку.
– Не знаю. Где-то видал, – сказал Кукуня. – Дождь не мочит, а стен нет.
– А если ветер?
– В дом уйду.
– А где дом?
– Построю.
– Ты к нам надолго? – Медвежонок обошёл Кукуню и даже потрогал его лапой.
– А что?
– Интересно, – сказал Ёжик.
– Посмотрю, – сказал Кукуня. – Понравится – останусь, не понравится – уйду.
– А куда? – спросил Медвежонок.
– Мало ли! Захочу – вернусь к себе за реку, захочу – пойду дальше.
– А куда? – спросил Ёжик.
– Пойду к белым медведям, к песцам. Меня северные олени любят.
– А ты и на севере был?
– Был.
– И на юге?
– Везде. Я даже на Ките плавал.
– Врёшь! – сказал Медвежонок.
– Я старый, – сказал Кукуня. – Годы мои большие. Чего мне врать?
– А сколько же ты живёшь? – спросил Ёжик.
– Лет 300, – сказал Кукуня. – А может, 500. Не помню.
– Мою бабушку помнишь?
– А как же! Славная была Ежиха.
– А моего дедушку?
– Печальный был Медведь, – сказал Кукуня. – Всё на скрипке играл.
– Правильно! – воскликнул Медвежонок. – У меня и скрипка в шкафу осталась.
– Бери, говорит, Кукуня, свою скрипку. Сыграем!
– Это кто говорит?
– Это твой дед. Мне.
– А ты и на скрипке можешь?
– А мне – что топором, что на скрипке.
И Медвежонок уточкой полетел домой и вернулся со скрипкой. Пока он бегал, Ёжик ни о чём не спрашивал, а только глядел на Кукуню во все глаза.
– Ну-ка, давай скрипку!
Кукуня потрогал струны, взмахнул смычком – скрипка запела. Кукуня играл по-деревенски – просто и от души. Скрипка то плакала, то хохотала. И Медвежонок с Ёжиком то сидели, насупившись, то пускались в пляс.
– Нет, лапа не та, – вздохнул Кукуня, опуская смычок. – Эх, бывало, сядем с дедом твоим на два пенька, да как грянем, как потащит, потащит он вверх, а я – кругами хожу. Волки плакали.
– Куда потащит? – спросил Ёжик.
– Кого?
– Ну, туда… Душу.
И Кукуня снова взял скрипку и заиграл так, что Ёжик с Медвежонком заплакали.
– Хороший у тебя дед был, – сказал Кукуня. – Редкий Медведь, жаль только, моя скрипка сгорела.
– Бери, – сказал Медвежонок. – Бери дедушкину!
– И никуда не уезжай, – сказал Ёжик.
Кукуня зажмурился, посидел так с закрытыми глазами, взял скрипку – и накрапывающий дождь, и лес, и туман – всё смешалось с запахом земли и листьев, и беседка, построенная Кукуней, вместе с друзьями уточкой поплыла над землёй.
