По вечерам Ёжик ходил к Медвежонку в гости считать звёзды.
Они усаживались на брёвнышке и, прихлёбывая чай, смотрели на звездное небо.
Оно висело над крышей, прямо за печной трубой.
Справа от трубы были звёзды Медвежонка, а слева — Ёжика.
Сначала Ёжик шёл полем, где его окружила стайка ночных Бабочек-Подёнок, потом вошёл в сосновый лесок.
А когда вышел, за ним уже крался Филин, растопырив крылья.
Но Ёжик его не заметил.
Он нёс Медвежонку малиновое варенье и смотрел в небо. «Звезда!» — вдруг остановился Ёжик.
«И в луже Звезда…» — сам себе сказал Ёжик, увидев её отражение.
«Угу!» — крикнул Ёжик.
«Угу-у-у!» — загудел в ответ старый колодец. Ёжик спрыгнул на землю и на ходу гукнул, словно бросил камушек: «У-гу!».
Колодец и ему ответил: «Угу-у-у-у-у!».
Филин взгромоздился на сруб колодца и снова крикнул: «Угу!».
И колодец в ответ, гулко: «Угу-у-у-у-у-у-у…».
Филин хихикнул и они заухали, прислушиваясь друг к другу — Филин и старый колодец. А Ёжик со своим узелком уже семенил дальше, сам про себя беседуя с Медвежонком:
«А я ему скажу: „А я тебе малиновое варенье принёс”.
А он мне скажет: „Вот и самовар простыл, надо бы веточек подбросить… этих… ну как их… можжевеловых!”
А я ему скажу… а я ему скажу… а я е-му ска-жу…».
«А интересно, — подумал Ёжик, — если Лошадь ляжет спать, она захлебнётся в тумане?» И он стал медленно спускаться с горки, чтобы попасть в туман и посмотреть, как там внутри.
«Вот, ничего не видно. И даже лапы не видно».
«Лошадь!» — позвал Ёжик.
Но Лошадь ничего не сказала.
И тут на Ёжика обрушился сухой Лист.
Ёжик от испуга закрыл лапами глаза… а когда выглянул… из под Листа, таинственно покачивая своим домиком, уплыла в туман Улитка… Ёжик опасливо приподнял сухой Лист…
«А-ха, а-ха!» — вздымая боками и раздуваясь до неба, задышал Слон. Или это был не Слон?
Ёжик аккуратно положил Лист на место и, пятясь, на цыпочках, ушёл в туман.
А из тумана выглянула большая, добрая голова Лошади. Голова вкусно пофыркивала и хрумтела травой.
«Фр-р-р!» — вздохнула лошадиная голова и сухой Лист, как живой, взметнулся и отполз в сторону.
Где-то вдали зазвенело и вдруг — «В-з-з-з!» — над головой Ёжика прянула и мгновенно пропала Летучая Мышь.
Ёжик даже не успел перепугаться, а вокруг него затрепетала, засеребрилась легкая стайка ночных Бабочек-Подёнок.
«Хе-хе-хе-хе-хе!» — передразнил Ёжик и даже пробежал следом за ними, подпрыгнул, замахал лапами, представив себя ночной Бабочкой, но вдруг замер, прижав узелок…
Из тумана, как из форточки, выглянул Филин, ухнул: «Угу! У-гу-гу-гу-гу-гу!..» и растворился в тумане.
«Псих», — подумал Ёжик, поднял сухую палку и, ощупывая ею туман, двинулся вперед.
Палка, как слепая, блуждала в темноте, пока не упёрлась во что-то твёрдое.
Положил узелок и, перебирая по палке лапами, увидел перед собой дерево с огромным дуплом.
«А-га!» — осторожно выдохнул в дупло Ёжик.
«А-а-а-а!» — загудело дерево. Ёжик попятился и вдруг вспомнил про узелок.
Он метнулся назад, обежал дерево, крутнулся на месте… Узелка не было. Дерево медленно заволокло туманом. Ёжик остался один.
Туман сгущался вокруг Ёжика.
Ёжик сорвал травинку, на которой сидел Светлячок, и, высоко подняв её над головой, как со свечой, наклоняясь и вглядываясь себе под ноги, побрёл в тумане.
Деревья, как мачты, тонули во мгле. Светлячок — маленький зеленый маяк — еле-еле теплясь, покачивался в тумане, освещая дорогу.
Туман закружился вокруг Ёжика. И Ёжик побежал. Ему казалось, что из тумана за ним несётся огромная Улитка, Летучая Мышь, Филин… задышал Слон, обрушился Лист с дерева. Ёжик упал в траву и закрыл лапами голову.
Но тут из тумана появилась Собака. Она положила перед Ёжиком узелок, зевнула во всю собачью пасть и пропала в тумане.
Издалека донёсся голос Медвежонка:
«Ё-ёжи-и-и-и-ик!».
«О-го-го-го-го!» — рванулся на крик Ёжик, но — бул-тых! — упал в воду.
«Я — в реке, — похолодел от страха Ёжик и, немного погодя, решил, — пускай река сама несёт меня».
Он глубоко вздохнул и река понесла его вниз по течению.
Высоко в небе горели звёзды, над ним проплыла голова Лошади, где-то далеко тоненько играла балалайка…
«Я совсем промок. Я скоро утону», — подумал Ёжик.
Вдруг кто-то дотронулся до его задней лапы.
«Извините… — беззвучно спросил Кто-то, — кто Вы и как сюда попали?»
«Я — Ёжик, — тоже беззвучно ответил Ёжик, — я упал в реку».
«Тогда садитесь ко мне на спину, — беззвучно проговорил Кто-то, — я отвезу Вас на берег».
Ёжик сел на чью-то широкую скользкую спину и через минуту оказался на берегу.
«Спасибо!» — вслух сказал Ёжик.
«Не за что!» — беззвучно сказал Кто-то, кого Ёжик даже не видел, и пропал в волнах.
Ёжик с узелком сидел на брёвнышке и смотрел прямо перед собой остановившимися глазами.
Послышались чьи-то торопливые шаги. «Ёжик! Где же ты был? — плюхнулся рядом запыхавшийся Медвежонок, — я звал, звал, а ты не откликался!..»
Ёжик ничего не сказал. Он только чуть скосил глаза в сторону Медвежонка…
«Я уже и самовар на крыльце раздул, креслице плетёное придвинул, чтобы удобнее звёзды считать было… вот, думаю, сейчас придёшь, сядем, чайку попьём, с малиновым вареньем, ты ведь малиновое варенье несёшь, да? А я и самовар раздул и веточек этих… как их?..»
«Мож-же-ве-ло-вых», — медленно подсказал Ёжик.
«Можжевеловых! — Обрадовался Медвежонок, — чтобы дымок пах… И… и… и… и в… и в… ведь кто же, кроме тебя, звёзды-то считать будет?!»
Медвежонок говорил, говорил, а Ёжик думал:
«Всё-таки хорошо, что мы снова вместе».
А ещё Ёжик думал о Лошади:
«Как она там, в тумане?..»
Было тихо.
В ночном небе ярко горели звезды.
Филин переговаривался с колодцем.
«Угу-у!» — говорил Филин.
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу!» — отвечал ему Колодец.
«Угу-у!» — кричал Филин.
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу!» — гудел Колодец.
«Угу-у!»
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу!»
«Угу-у!»
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу-у-у!»
Иллюстратор Ф.Ярбусова.
